Киевская «элита» перед выбором «ужаса без конца», либо «ужасного конца». Ростислав Ищенко

В каждой стране свои национальные празднички. Они по-разному отмечаются. Но все национальные традиции празднования знаменательных дат имеют одну общую черту. В такие деньки, на каком-нибудь мероприятии глава страны непременно выступает с программной речью. В этом выступлении он подводит итоги еще одного шага развития и намечает планы на будущее.

Пётр Порошенко следует этой традиции. В 2016-2017 годах он выступал с программной речью на военных парадах в Киеве, проводившихся по случаю денька независимости Украины. Обычное сопоставление текстов 2-ух выступлений натолкнёт вас на идея, что как в судьбе Украины, так и в личной судьбе Порошенко произошли драматические конфигурации, причём не в наилучшую сторону.

Два текста структурно подобны (оценка значимости независимости, перечисление последних достижений власти, констатация факта войны, которую ведёт Украина, акцентирование внимание на роли армии и героизме военнослужащих), тем разительнее смысловые различия. Текст 2016 года — равновесный размеренный — выступление уверенного внутри себя президента страны, переживающей не наилучшие времена, надеющегося на близкий перелом к наилучшему.

Текст 2017 года истеричен, самой независимости, которой посвящены и парад, и речь Порошенко внимание фактически не уделено. Зато много рассуждений о «победах», достигнутых под управлением действующей власти. Вобщем, победы эти более акцентированы, чем в предшествовавшем году. Практически их две, причём второстепенная — безвизовый режим, является в трактовке Порошенко конкретной предпосылкой главной — окончательного разрыва с Россией.

Конкретно разрыв с Россией подаётся как гарантия будущих фурроров, включая интеграцию в ЕС и НАТО. В прошедшем году Наша родина была прямо упомянута в выступлении Порошенко только один раз. Рассказывая о плюсах соглашения об ассоциации с ЕС, Пётр Алексеевич отметил его роль в компенсации утрат, которые нанесла Украине «война и финансовая злость России». Направьте внимание, что в этом выступлении на Россию возлагалась вина только за «экономическую агрессию». Война была вроде бы сама по для себя. Порошенко даже не уточнял идёт ли речь о международном либо о штатском конфликте.

В 2017 году Наша родина упоминается в каждом абзаце. Тут и «гибридная война» Рф, и «продвижение русских войск», и Наша родина «вообще никакой Украины не хочет», «усилия» Москвы по срыву ратификации соглашения об ассоциации.

2-ая доминирующая тема — помощь Запада. Речь 2016 года апеллировала к мобилизации в критичных критериях фактически украинских ресурсов, объединение общества. В 2017 году Порошенко акцентирует внимание на прибытие в Киев 9 министров обороны государств НАТО и особо на том, что рядом с ним на трибуне стоит министр обороны США. Основная надежда на их поддержку. Апелляция к украинской армии вторична и сводится к попытке, делая упор на количественно насильно мобилизованных (согласно Порошенко 200 тыщ в течение 6 волн мобилизации), доказать тезис: украинская армия — «по-настоящему народная армия».

В 2017 году в речи Порошенко также появился новый тезис, заслуживающий того, чтоб процитировать его стопроцентно. Это, пожалуй, важное место в речи. «В конце концов, я уверен и в том, что нам хватит мозга и сил, чтоб политическую борьбу снутри страны задерживать в рамках европейских эталонов цивилизованных отношений власти и оппозиции. Чтоб неприятель не сумел подорвать нас изнутри. Чтоб „5-ая колонна“ и не задумывалась поднять головы. Чтоб атаманщина не разрушали основ государственности. Словом, чтоб в политическом противоборстве мы сами себя не убили».

Порошенко в торжественной речи напористо остерегает общество, армию и политический класс от противоборства, призывая оппозицию к цивилизованным отношениям и клеймя всех, кто недостаточно приклонен «пятой колонной». Причём речь тут очевидно идёт не о пророссийской оппозиции. Идейных врагов режима никто не призывал к «цивилизованному диалогу». Они были сходу рассажены по кутузкам либо убиты, их политические партии были запрещены либо вытеснены из активной политики. На их СБУ ведёт охоту до сего времени и никакие «выходы под залог» (как в ситуации с представляющим «официальную», разрешённую оппозицию журналистом Гужвой) либо разрушение дела в суде тут неосуществим. Люди посиживают годами без всякого суда. И так же без суда пропадают без вести.

Порошенко обращается к разрешённой, майданной, внутриэлитной оппозиции. К тимошенковской «Батькивщине», к «Радикальной партии» Ляшко, к «Оппозиционному блоку», к Авакову, превратившему МВД в свою личную армию, к олигархам и обладателям медиа, к ведущим журналистам и профессионалам — ко всем тем, кто видя слабость режима издавна уже приготовился к разделу порошенковского наследия и начинает волноваться из-за того, что Украина без Порошенко никак не наступит.

Патовое состояние, в каком Порошенко не держит под контролем системы управления вполне (а с каждым днём держит под контролем всё меньше), но уходить не вожделеет, а оппозиция, в свою очередь, имея все способности для его насильного свержения, пробует приневолить президента к добровольческой преждевременной отставке (так как опасается, что после еще одного переворота не получится вернуть внешнюю — международную легитимацию украинской власти), не может продлятся вечно. Кто-то должен уйти.

Так как Порошенко в одиночестве противоборствует всему украинскому политическому классу, уйти должен он. Кандидатура — надклассовая диктатура, для которой у Порошенко нет достаточных силового, денежного, экономического и политического ресурса. Для угнетения правящего политического класса (олигархов и обслуживающего персонала) Порошенко должен через их голову апеллировать к управляемым. Альянс главы страны с низшими классами против высших, дававший ему диктаторские возможности, в истории не уникальность. На этом базировалась власть более удачных римских и византийских царей, его же пробовал выполнить во 2-ой половине собственного правления Иван Суровый.

Нужная предпосылка для такового союза, в виде создаваемой только из представителей низших классов, недовольной своим положением армии есть. Но есть и аспекты. Во-1-х, армия «любит» Порошенко не больше, чем других олигархов и чиновников. Даже меньше, так как, как президент, он несёт в очах народа (и армии, как части народа) ответственность за всё происходящее в стране. А в стране за три года правления Порошенко ничего неплохого не происходило, причём, чем далее, тем становится ужаснее.

Во-2-х, для выступления армии нужен фаворит и нужна мысль. Но единственная господствующая сейчас на Украине мысль — конкретный национализм всех цветов, включая откровенно нацистские и фашистские. Её адепты сбиты в вооружённые формирования, считающиеся элитными (как более целевые). Большая часть этих формирований заходит в Национальную гвардию, входящую в структуру МВД Авакова. Демонстративное игнорирование в процессе празднования денька независимости командующего НГ Украины Юрия Аллерова, которому Порошенко 23 числа присвоил звание генерал-полковника, а 24 президент и министр обороны Полторак отказались пожать ему руку, свидетельствует о том, что Порошенко решал пробы установить контроль над данной структурой, но они провалились.

Таким макаром, более целевые части, которые могли бы развернуть ход событий в пользу Порошенко остаются вне его контроля, а по большей части агрессивны ему.

Но большая часть украинской элиты соображает, что хоть пропорошенковский, хоть антипорошенковский путч — палка о 2-ух концах. Кроме маленького круга лиц, которые могут перераспределить меж собой высшие должности в стране, положение других представителей элиты, как минимум не улучшится. Более того, может серьёзно усугубиться. Ведь на улицы в очередной раз, как при свержении Януковича, придётся выпускать толпы вооружённых маргиналов. Гарантии, что они ограничатся грабежом нескольких домов более одиозных представителей свергаемого режима и магазинов Roshen нет. Если ресурсы, оставшиеся в наличие после бегства Януковича не позволили вполне убрать маргиналов из политики, то на данный момент таких ресурсов вообщем нет. Утрата шаткой стабильности порошенковского режима может привести к полному уничтожению (отчасти физическому, отчасти экономическому) действующей элиты. Приблизительно, как свергавшие царя в феврале 1917 года, сами стали жертвами октябрьского переворота.

Как мне представляется конкретно этим и вызван соответственный пассаж в речи Порошенко. Пётр Алексеевич отправляет своим оппонентам сигнал, что сам-то он, может быть, и не подарок, но если его не будет, то им станет ещё ужаснее. И нельзя сказать, что Порошенко в этом случае не прав. Он вправду на данный момент олицетворяет ускользающие остатки стабильности и, в случае его свержения, вернуть маневренность на всей подконтрольной сейчас Киеву местности уже не получится. Какие-то очаги стабильности на уровне областей, районов и больших городов могут создаваться на некое время под патронажем местных властей и олигархических группировок, но даже в региональном плане эта стабильность будет краткосрочной, не говоря уже о всей стране.

В общем, в собственной речи, Порошенко предложил всем, кто согласен сделать выбор в пользу «меньшего зла» объединиться вокруг него и объявить оппозицию «пятой колонной» на службе у Кремля. Порошенко не обещает, что будет лучше, он стращает — не было бы ужаснее.

Есть ли у него основания для настолько серьёзных опасений? Уверен, что есть.

Политический сезон на Украине обычно разбивается на вешний и осенний, с перерывом на лето. Но вся длительная политическая активность, включая перевороты, обычно начиналась осенью. Это разъясняется тем, что процесс, запущенный в сентябре-октябре, можно без пауз продолжать до мая-июня, а вот вешний старт маленький — в июле украинские политики разъезжаются на отдых, что бы ни происходило и вся активность замирает до сентября. Потому весной вероятны только резвые акции, рассчитанные не больше, чем на два месяца, по итогам которых нужно окончить процесс и капитализировать итог.

На данный момент как раз начинается осень — сезон обострений. Ещё весной-летом украинские специалисты и политики предвещали Порошенко «горячую осень». А эти люди, если что-то предвещают, точно знают, что это что-то готовится. Старт могут перенести, отложить и даже совсем отменить в силу каких-либо новых событий, но сам факт подготовки они всегда фиксируют точно.

Есть и другие характеристики подготовки антипорошенковских сил к осенней активности:

1. «Украинская правда» в 2017 сделала несколько попыток раскрутить полузабытое убийство Шеремета, как новое «дело Гонгадзе», в каком Порошенко выступил бы заказчиком убийства журналиста (внимание акцентировалось на необычном поведении в данном деле приклнного Порошенко СБУ).

2. Юлия Мостовая опубликовала в «Зеркале недели» критичный материал «Не отрекаются любя», в каком признаётся полный провал эталонов майдана, а вина за это возлагается на абстрактную власть и, с помощью легких манипуляций, лично на Порошенко. Материалы такового рода Мостовая публикует каждый раз, как намечается смена власти. Их задачка — обеспечить стиль «борца с еще одним криминальным режимом», чтоб впору и на не плохих критериях примкнуть к новенькому «преступному режиму». «Прозрение» каждый раз наступает в таковой момент, когда режим уже не сумеет либо не успеет нанести удар п журналистке либо по изданию.

3. Схожий по смыслу материал опубликовал в издании «Левый берег» потомственный (с русских времен) диссидент Семён Глузман. Работать три десятилетия нужным грантодателями диссидентом — работа более непростая, чем Жириновскому три 10-ка лет в активной политике находиться и во все составы Думы фракцию собственной партии проводить. В близящиеся перемены нужно встраиваться заблаговременно.

4. Глава Пентагона, ранее заявлявший, что вопрос о предоставлении Украине смертельных вооружений решён и осталось только «убедить» Трампа, который «тоже склоняется» к такому решению, по итогам поездки на Украину, переговоров с Порошенко и обмена информацией с Куртом Волкером (намедни торжеств в Киеве, встречавшимся в Минске с Владиславом Сурковым), вдруг теряет уверенность и на прямой вопрос о поставках смертельного орудия начинает мямлить нечто невыразительное, вроде того, что он только-только вызнал как оно нужно Украине и на данный момент будет об этом всем говорить в Вашингтоне и советоваться о том, что делать. Всего полтора месяца вспять он твёрдо знал что делать. Обычно орудие не дают режимам, которые дышат на ладан и непонятно кому эти вооружения достанутся завтра.

В общем, киевская элита застыла в ожидании «горячей осени». Порошенко, так и не смогший поставить под собственный контроль достаточный силовой ресурс, пробует уверить оппонентов, что без него будет ужаснее, но, в то же время, показывает готовность сопротивляться, апеллируя к патриотическим эмоциям армии и добровольных формирований и вешая на оппонентов ярлычек «пятой колонны». Америкосы воздерживаются от серьёзной активности, выжидая некий определённости.

В этих критериях режим начинает ещё более интенсивно эксплуатировать тему «российской агрессии», которая представляется ему прибыльной, как с внутриполитической (оппоненты автоматом объявляются наёмниками «агрессора»), так и с внешнеполитической (для стимулирования янки к большей активности на украинском направлении) точек зрения.

В Европе неуввязками Киева озабочены только прибалты и поляки, пытающиеся совместными усилиями протолкнуть через ЕС «план Маршалла для Украины», предполагающий выделение Киеву 5 млрд евро в год. Вобщем, остальная Европа платить не желает, а зачинатели не могут, так как их бюджеты сами дотационные. К тому же 5 миллиардов. евро в год — сумма в 20 раз меньше каждогоднего (в протяжении не мене 10 лет) объёма инвестиций, который, по воззрению профессионалов нужен для возвращения Украины на те позиции, на которых она находилась в 1991 году.

Все, внутренние и наружные инициативы, направленные на спасение киевского режима и перевод его в более размеренное состояние оказываются нереализуемыми из-за очевидного отсутствия нужных ресурсов у тех, кто в таковой стабилизации заинтересован и отказе тех, кто подходящим ресурсом располагает непроизводительно расходовать его на украинском направлении.

В итоге, киевские политики вновь отчасти обрели совсем ненадобную им международную правосубъектность. Партнёры на наружное управление со стороны которых они рассчитывали признали нерентабельным себе на данном шаге роль в разрешении вопроса о власти на Украине. Потому киевская элита будет обязана решить данный вопрос без помощи других. Сейчас только от её решения зависит будет ли режим Порошенко далее догнивать в рамках «ужаса без конца», либо «ужасный конец» катастрофически оборвёт затянувшееся правление Петра Алексеевича.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *